Анатолий хованцев биатлон

Анатолий Хованцев: Из-за допинга мы растеряли все свои методики

Сегодня на заседании правления Союза биатлонистов России (СБР) Анатолий Хованцев был назначен главным тренером сборной России по биатлону. Также он будет отвечать за подготовку мужской команды. В эксклюзивном интервью «Советскому спорту» Хованцев поделился мнением о текущем состоянии сборной, рассказал, как планирует добиваться доверия спортсменов и многом другом.

«МОИ МЕТОДИКИ СИЛЬНО ОТЛИЧАЮТСЯ»

– Сборная России по биатлону находится не в лучшем состоянии. Спортсмены в открытую выражают недовольство атмосферой в команде, отношением со стороны тренерского состава. Вас не пугает то количество проблем, которые предстоит решать?
– Я хорошо знаю всех кандидатов в сборную. Не думаю, что возникнут какие-то трения, хотя в теории они возможны, ведь мои методики в корне отличаются от тех, по которым они работали.

Cтатьи | Владимир Драчев: Будем ужесточать закон о допинге

– У вас нет опасения, что биатлонисты не будут вам доверять?
– Это нормальная ситуация. В минувшем сезоне я работал с Дмитрием Малышко и Алексеем Слеповым. Когда мы только начинали, Дмитрий постоянно подходил ко мне и спрашивал: «А мы после этой работы точно побежим?». Они привыкли делать много высокоинтенсивной работы, а в моей программе заложены иные принципы подготовки.

– Какие?
– Объем развивающей работы примерно тот же, что ребята выполняли ранее, но количество скоростной работы, включающей различные тесты, проводящиеся в соревновательном режиме, будет меньше. Ведь из-за чего наши биатлонисты пострадали в минувшем сезоне? Они выполняли слишком много резкой, скоростной работы на отрезках.

– Какие проблемы это вызвало?
– Тренерский состав совсем забыл, что есть скоростно-силовая выносливость, которая помогает держать скорость на дистанции. Этот момент был полностью упущен. Я думаю, что это отголоски того времени, когда применялся допинг. Могу сказать, что на протяжении многих лет мы теряли ту методику, которая была по-настоящему нашей, когда мы были чистыми и знали, что такое тренировочный эффект, как правильно восстановиться и т.д. С появлением запрещенных препаратов эти знания начали постепенно теряться.

– То есть все работали на достижение сиюминутного результата любыми средствами?
– Да.

Cтатьи | Тимофей Лапшин: Корейцам Кубок мира не интересен

– Вернемся к вопросу, который задавал Малышко. Как вы его убедили, что все будет хорошо?
– Буквально за неделю до летнего чемпионата России в Чайковском мы находились на высоте, и Дима спросил у меня: «Анатолий Николаевич, мы хоть выступим на чемпионате России?». В итоге, он приехал в Чайковский и бежал там очень быстро, показывал достойные результаты. После этого все вопросы снялись сами собой.

Примерно такая же ситуация у меня была, когда я начинал работать с командой Финляндии. До этого я изучил их тренировочные планы и увидел, что там было мало специальной силовой работы на развитие плечевого пояса, о чем сказал на собеседовании с командой. Так вот, один из самых талантливых биатлонистов, с которыми мне доводилось работать, – Веса Хиеталахти мне ответил: «Анатолий, а я не солдат, чтобы выполнять все твои указания».

Через два месяца он пришел ко мне вместе с Пааво Пууруненом и сказал: «Мы видим, что движемся в правильном направлении и готовы выполнять ту работу, которую ты предлагаешь». Все это привело к тому, что Пуурунен стал чемпионом мира, а Хиеталахти призером мирового первенства в Ханты-Мансийске.

«В МИНУВШЕМ СЕЗОНЕ ВСЕ РЕБЯТА БЫЛИ ПОЛНОСТЬЮ ВЫХОЛОЩЕНЫ»

– В случае со сборной России вы также планируете собрать команду и довести до биатлонистов свое видение работы?
– Да, мы соберем команду и объясним принципы построения тренировочного процесса и нашу методику. Мы постараемся все это донести до ребят и только потом начнем работать.

Cтатьи | Анатолий Алябьев: В российском биатлоне все печально и позорно

– Многие спортсмены жалуются на то, что тренерский штаб к ним не прислушивается, а индивидуальной работы слишком мало.
– Такого научно-методического обеспечения, как в сборной России, у меня не было никогда. Я работал в сборной Финляндии, где был массажист и еще один тренер, но не было врача. Я ознакомился с методиками, сам научился брать лактат и определять по полученным данным загрузку организма спортсмена, скорость восстановления и т.д. В принципе, так работают тренеры во всем мире, находясь в постоянном контакте с биатлонистами.

Очень важным аспектом является построение микроцикла «загрузка-восстановление», чтобы в следующий ударный день спортсмен был готов выполнить запланированный объем работы. Максимальный эффект достигается только в том случае, если тренерами учтены индивидуальные особенности организма спортсмена и скорость его восстановления.

– Что происходило с нашими биатлонистами в минувшем сезоне? Складывалось впечатление, что они так и не смогли выйти из-под нагрузок, которые им предложили тренеры.
– Ребята были полностью выхолощены. В позапрошлом сезоне они продержались хотя бы три этапа и выступали на достойном уровне: Максим Цветков с Антоном Бабиковым заезжали на подиум, выигрывались эстафеты. А что получилось сейчас? Наши биатлонисты уже на первый этап вышли с большим проигрышем по скорости. Тогда в интервью я предложил не критиковать ребят, а дождаться второго этапа – если там мы не сократим отрыв от лидеров хотя бы до 30-40 секунд, то все, – сезон пропал.

Когда я работал в Финляндии, мы иногда немного форсировали подготовку и выходили на первый этап с проигрышем, но ко второму начинали разгоняться. У нас же все было наоборот. С каждой гонкой все становилось только хуже.

Cтатьи | «Давай сделаю тебе массаж». Шокирующая история отношений тренера и биатлонистки

– Как вы оцените ситуацию с тренерскими кадрами в России?
– Это одна из проблем нашего биатлона. Мы с Владимиром Драчевым хотим создать единую систему подготовки для всех возрастов, чтобы была преемственность. И очень важно изменить условия, в которых вынуждены работать детские тренеры. Их зарплата зависит от результатов, которые показывают спортсмены. В погоне за сиюминутными успехами, они форсируют подготовку и просто загоняют молодых биатлонистов.

Чтобы этого не было, в своей программе развития биатлона мы прописали предложение: премировать тренеров, спортсмены которых доросли до высокого уровня и попали в сборную. Они должны работать на перспективу, а не гнаться за результатом, выхолащивая спортсменов.

Анатолий Хованцев

В нашей команде допинга не будет

До начала биатлонного сезона осталось 9 дней. Женская сборная России будет не только фаворитом, но и загадкой – после дисквалификации собираются вернуться Юрьева и Ахатова, завершила карьеру Медведцева, вроде бы готова к стабильным результатам Слепцова. Sports.ru обстоятельно пообщался с новым тренером команды Анатолием Хованцевым и узнал главные новости межсезонья.

Анатолий Николаевич, в ваших первых после назначения интервью чувствовалась настороженность – все-таки вам впервые предстояло работать в сборной, где не предусмотрена должность старшего тренера. Шесть сборов позади, и к старту сезона вас назначили старшим. Но все же – как вам такая коллективная система показалась на практике?

– Непривычно, конечно, но у нас как-то сразу стало хорошо получаться. Первым делом нужно было найти контакт с тренерами. И это удалось. У нас не было трений. С одной стороны, мы сразу разграничили зоны ответственности: Коновалов – стрельба, Ефимов – лыжная техника и функциональная подготовка, я – и функциональная, и стрелковая. С другой, мы изначально решили, что каждый будет вникать во все тонкости. Чтобы не было такого: это не мой участок, мне все равно. Как договорились, так и работали.

А кто писал тренировочные планы?

– У меня большой методический опыт, я все-таки много лет со сборными проработал. Наверное, поэтому при обсуждении мое мнение выливалось в конкретный план подготовки.

Обсуждали планы втроем?

– Составляли – да, а потом защищали у главного тренера Владимира Барнашова. На нем ведь не только решение оргвопросов. Он в тренировках активное участие принимает. И помочь может, и замечание сделать.

Но работа все равно идет по утвержденному плану?

– Да. Даже перенос последнего сбора из Увата в Мурманск на нем не сказался.

Кстати, а кто и как принимал решение о переносе?

– Мы начали искать место сразу по возвращении из Рамзау, потому что в Увате не было снега. Я созванивался с девочками, а Ульяна Денисова из Мурманска. Она и рассказала, что у них со снегом все в порядке. Тогда начали с Барнашовым искать возможности провести сбор там.

Это даже удобнее. До Эстерсунда, где пройдет первый этап Кубка мира, ближе, никаких смен часовых поясов и долгих перелетов…

– Это, конечно, плюс. Но, во-первых, в Мурманске сейчас идет реконструкция стадиона. Хотя это нам, в общем, не мешало – там грунт насыпают, штрафной круг делают. А, во-вторых, там короткий световой день, а освещенность трассы недостаточная, чтобы полноценно проводить вторые тренировки. Но Сергей Кущенко организовал доставку осветительных систем – такие шары, как на этапах Кубка мира используют, так что мы по полной программе тренировались.

То, что с главной сборной в это межсезонье готовился расширенный состав – правильная тактика?

– Думаю, да. Несмотря на 12-13 человек, плотность занятий не страдала – тренеров хватало на всех. Может, для самих спортсменок были некоторые психологические неудобства: когда узкий круг готовится, то яснее, кто окажется в составе. С другой стороны, молодых это только подстегивало. Глазыриной, Денисовой хотелось доказать свое право на место в команде.

Какое впечатление оставила Наталья Гусева, вернувшаяся в команду после двухлетнего перерыва?

– Я ее давно знаю, и у нее всегда были проблемы с весом. А сейчас Наташа в очень хорошем состоянии. У нее большой опыт выступлений на высоком уровне, и она очень хочет на него вернуться. На сборах ее больше приходилось сдерживать, чем заставлять, снижать интенсивность, чтобы не растрачивать весь потенциал до начала сезона. Вообще все девочки проделали большую работу – и это должно принести хорошие результаты. Плотность команды очень высокая. Жаль, что нам пришлось после летнего чемпионата сократить состав, отправить Катю Шумилову в молодежную команду, но у нее тоже достаточно высокий уровень.

Тренеры главной команды как-то наблюдают за молодежкой?

– Мы не просто наблюдаем, а вникаем в то, что там происходит. Многие девочки в команде пришли из молодежки. И важно общаться с тренерами, чтобы знать, какую нагрузку они выполняли. В Уфе на тренерском совете отчитывались и мы, и тренеры молодежной команды, так что всей информацией владеем.

Ну это все официально, а бытовое общение – звонки, встречи – происходит?

– В Увате у нас должен был быть совместный сбор – это лучший вариант, мы бы сами все увидели, но он не состоялся. Мы не контролируем плотно молодежную команду, не созваниваемся регулярно, просто времени на это нет. Тему молодежки больше закрывает Барнашов. Он и на сборы с ними несколько раз выезжал.

Как молодые спортсменки, которые готовились в главной команде, реагировали на взрослые нагрузки? Очень тревожно за юную Ольгу Вилухину, которая из-за травм фактически потеряла прошлый сезон.

– Конечно, для молодых мы чуть снижали нагрузку. Ольга прошла всю подготовку на хорошем уровне, и никаких изменений в тренировочных планах из-за состояния здоровья не было.

Еще одна юная биатлонистка, Мария Садилова, к прошлому сезону готовилась с основной командой, а в этом не попала даже в расширенный список. Почему?

– Когда я пришел, список кандидаток был уже очерчен. В следующем сезоне, если будут хорошие результаты – а мы надеемся, что будут и мы останемся работать, тогда будем принимать более деятельное участие в формировании команды. Но, если честно, у меня даже не возникало такого вопроса – по-моему, все девочки попали в сборную строго по рейтингу. А Мария находится, скажем так, в зоне внимания тренеров сборной. Она готовится с тюменской командой, и у нее будет шанс через оборочные старты попасть в команду.

Молодые спортсменки, о которых мы говорим, весьма вероятно, будут представлять Россию на Играх в Сочи. Тема домашней Олимпиады для вашего штаба уже актуальна?

– В общем плане подготовка к Сочи уже идет – отсюда и расширенный состав команды, но для нас очень важен домашний чемпионат мира в Хантах. Мы должны достойно выступить там.

А если вдруг не получится, вас уволят?

– Со всеми тренерами контракт заключен на год. Да, более длительный контракт лучше – как в Финляндии, например, где у меня было соглашение на четыре года, но таково решение руководства. Этот год будет определяющим. Насколько верным окажется выбранное направление тренировок, даст ли оно результат.

Вы же понимаете, какого результата от вас потребуют. Только золота и побольше. Не боитесь в мае 2011-го потерять работу?

– В биатлоне есть моменты, которые могут повлиять на результат – например, сильный ветер на стрельбище, но руководство должно уметь разбираться, где объективные факторы, а где – недоработка.

Нынешнее руководство СБР это умеет?

– Да, есть адекватность. Кущенко очень принципиальный и твердый в своих решениях, он очень интересуется ходом подготовки, звонит, расспрашивает и может строго спросить, но не думаю, что будет наказывать ни за что.

Вы больше десяти лет работали за границей. За это время биатлон в России превратился в один из самых популярных зимних видов спорта. Постоянный стресс по ходу сезона вам гарантирован. Наверное, даже на сборах вы уже успели это почувствовать. Не жалеете, что решили вернуться?

– Я давно этого хотел. Российский биатлон постоянно наверху, поэтому и ответственность выше. Но и выбор кандидатов в команду больше. В Финляндии можно было больше экспериментировать, а здесь четкая направленность на результат. Я не жалею, хотя иногда вспоминаю, что в Финляндии любил на рыбалку ходить – здесь столько свободного времени нет.

С Ахатовой и Юрьевой, у которых в начале декабря закончится дисквалификация, как-то общаетесь?

– Нет, знаю только, что они будут пытаться отобраться на январские этапы. И хорошо знаю тренера, с которым сейчас готовится Юрьева.

Вас не пугает, что они окажутся сильнее тех, кто готовился под вашим присмотром?

– Почему меня должно это пугать? Они спортсменки высокого уровня. И если покажут результат, без вопросов попадут в команду.

Вы известны своим непримиримым отношением к допингу – их недавнее прошлое вас не смущает?

– Не в моей компетенции обсуждать этот инцидент, но никакой предвзятости к биатлонисткам у меня нет. Интерес спортсменов к допингу во многом зависит от политики тренеров. Я понимаю, что мы работаем со взрослыми людьми, которые сами принимают решения и вне сборной мы не можем их контролировать, но в команде у нас допинга не будет – это я могу сказать точно.

А точный ответ на вопрос, почему команда не так удачно, как ожидалось, выступила в Ванкувере, вы нашли?

– Из разговоров с девочками пришли к выводу, что они были немного перегружены перед началом Олимпиады.

Как не наступить на те же грабли – у вас есть свой рецепт?

– Тесный контакт со спортсменом. И взаимное доверие. Часто спортсмен чувствует, что начинает уставать, но боится сказать тренеру. Так быть не должно. Иногда достаточно снизить нагрузку всего на одну тренировку, и все будет отлично.

То есть вы не строгий, вас не боятся?

– Я привык работать так, чтобы было убеждение спортсмена, а не приказ с моей стороны. Стараюсь всегда объяснить, что и зачем. Думаю, в команде никто не тренировался из-за угрозы отчисления, все работали с полным пониманием процесса.

Норвежского тренера девушки тоже поняли?

– С девочками у него отличные отношения. К нам они уже привыкли, а Берланд – новый человек, он повысил интерес спортсменок к проблемам в технике. Это положительный момент.

Почему именно Берланд?

– Когда с Альсгордом не получилось, я позвонил вице-президенту норвежской федерации, с которым хорошо знаком, попросил его помочь. И он порекомендовал нам Берланда.

Вы считаете, он необходим команде?

– Мы не ставим задачу кардинально поменять технику, не говорим, что все, что мы делали раньше, неправильно, а теперь будем делать, как норвежцы. Но есть моменты, которые можно использовать, чтобы улучшить технику.

Можете привести пример такого «момента»?

– Допустим, мы говорим не разворачивать таз в сторону отталкивания ноги. А Берланд акцентирует внимание на том, чтобы таз разворачивать от ноги вперед. Практически об одном и том же говорим, но по-разному. Кому-то, может, так яснее. Небольшое движение, но положительный эффект есть. А на трассе и доля секунды может пригодиться.

Берланд останется в команде на соревновательный период или его миссия выполнена?

– После сбора в Увате Сергей Кущенко очень подробно интересовался, нужен нам норвежец или нет. И тренеров опрашивал, и спортсменов. И все высказались за то, что это полезно. Планировалось, что он с нами в Эстерсунд поедет, но у него возникли домашние проблемы. Надеюсь, в Хохфильцене он к нам присоединится. Дальше – видно будет.

Анатолий Хованцев:
«Юрлову выдавливали из команды»

ЧЕМПИОНАТ МИРА

Тренер чемпионки мира Екатерины Юрловой – о своей подопечной, Кайсе Мякяряйнен и российском биатлоне

Владимир ИВАНОВ
из Контиолахти

В прошлом Анатолий Хованцев был старшим тренером сборных России, Финляндии, Эстонии и Украины. После Олимпийских игр-2010 в Ванкувере вернулся на родину, однако в том же сезоне был уволен президентом Союза биатлонистов России Михаилом Прохоровым в прямом эфире по ходу эстафеты чемпионата мира в Ханты-Мансийске. Хованцев долго переживал ту странную историю. Уехал в Финляндию, где по сей день и трудится в клубе «Контиолахти». В мае 2014-го его попросили позаниматься с Екатериной Юрловой. Ее на тот момент многие уже списали со счетов. Он согласился. И теперь вряд ли когда-нибудь об этом пожалеет. Золотую индивидуальную гонку Хованцев смотрел в домике неподалеку от стадиона – приболел. На следующий день после триумфа ученицы к нему наведался корреспондент «СЭ».

– Вы были уволены во время эстафеты на чемпионате мира-2011, после того как по три штрафных круга схватили Богалий-Титовец и… Юрлова. Видите символизм в том, что теперь именно Екатерина под вашим руководством принесла России столь долгожданное золото?

– Да, в этом есть какая-то справедливость. Не скрою, у меня были определенные обиды. Но в то же время понимаю, что тренерская работа не бывает гладкой. К этому нужно быть готовым.

– Осознаете, что Юрлова воспользовалась своим, возможно, единственным шансом? Второго у нее могло и не быть.

– Разумеется. Перед чемпионатом мира я честно сказал Кате, что в эстафету ее точно не поставят, и права на ошибку у нас нет. Она улыбнулась и ответила: «Анатолий Николаевич, а мы пойдем дальше – попадем в масс-старт». Так и получилось.

– Вы начали работать с Юрловой с июня. Почему поверили в нее?

– Ее искусственно выдавливали из команды. Например, в прошлом сезоне ей каким-то удивительным образом не нашлось места ни в одной из групп – ни у Вольфганга Пихлера, ни у Владимира Королькевича. Хотя, по большому счету, после того как дисквалифицировали Екатерину Юрьеву и Ирину Старых, она должна была ехать на Олимпийские игры.

– Мне кажется, что вас с Юрловой объединило чувство несправедливости. Вас уволили из команды в 2011 году, ей не находилось места впоследствии – и вы решили доказать всем, что это было ошибкой.

– Возможно. Она ведь на самом деле в 2011 году выступала на хорошем уровне. На чемпионате мира в Ханты-Мансийске Катя трижды «заезжала» в десятку! И я знал, что это не предел для Катерины. Вот и попробовал вернуть ее на прежние позиции. Отбор в команду получился непростым: пробивались через «Ижевскую винтовку», чемпионат Европы. Были сложности в осенней части подготовки. Но мы прошли этот путь. Потом Катя утвердилась в команде на этапах в Нове-Место и Холменколлене, хоть ей и приходилось стартовать в последних группах.

– Что за сложности в осенней подготовке?

– Ее обещали взять с командой на снежные сборы. Потом набрали других девочек, и все отменилось.

– Старший тренер женской сборной Владимир Королькевич признавался, что, увидев состояние девушек в начале сезона, не был уверен даже в том, что хоть кому-то удастся попадать в десятку. Какие мысли были у вас после первого совместного сбора с Юрловой?

– Понимал, что при удачной стрельбе Катя будет попадать в десятку. Все-таки у нас были совместные тренировки с лидером сборной Финляндии Кайсой Мякяряйнен, и я видел, как Юрлова смотрится на ее фоне.

Сказка Юрловой

ЗОЛОТАЯ ГОНКА

– Правда, что вы уже после третьей стрельбы во время индивидуалки сказали: Екатерина отстреляет на ноль?

– Да, я был уверен в этом после того как увидел выражение ее лица. В нем была настоящая спортивная злость. Настрой Юрловой полностью совпадал с ее действиями.

– После заключительного выстрела были сомнения, что ее может не хватить до финиша?

– Никаких! Ее уровень подготовки позволяет удерживать 30-секундное преимущество над кем угодно. Тем более Юрлова провела летом на этой трассе два полноценных сбора по 18 дней. Да и на снегу мы с Катей готовились в Контиолахти. Технику прохождения знаменитого подъема («стены») отрабатывали часами. И в гонке она отыграла на ней у Габриэлы Соукаловой около четырех секунд.

– За счет чего можно выигрывать на «стене»?

– Мы долго отрабатывали технику двушажного хода. На этой горке должен быть постоянный контакт снега с лыжами. Длинные прокаты здесь не нужны – это только замедляет скорость.

– Мне рассказывали, что начав работать с Юрловой, вы стали корректировать ей технику. А ведь летом ей исполнилось 29. Выходит, технику можно менять в любом возрасте?

– Да, если речь идет не о глобальных изменениях. Если начинаешь сильно все исправлять, у спортсмена часто возникают сложности. В стрессовых ситуациях, на соревнованиях, в голове все перемешивается, и на выходе не получается ничего. Мышечную память перезагрузить очень сложно.

– Еще одна особенность местного стадиона – подход к огневому рубежу. Перед ним нет спуска, из-за чего биатлонистам негде перевести дыхание. Не сомневаюсь, что летом вы уделяли этому моменту огромное внимание.

– Безусловно. Катя четко понимала, как ей подходить к стрельбищу. Не случайно только ей удалось отстрелять чисто. Считаю огромным успехом выступление Дарьи Виролайнен, которая допустила лишь один промах. После тяжелого подъема в Контиолахти сразу идет равнина, на которой нужно работать. Такого больше нет нигде. Ну, разве что отчасти в Оберхофе. Найти правильный баланс скорости и восстановления удается далеко не всем.

НЕПОНЯТНО, ПО КАКОМУ ПРАВУ ВЫСТУПАЕТ РОМАНОВА

– Юрлова оперативно включена в эстафетный состав. Нет опасений по поводу того, что она давно не стартовала в эстафетах на самом высоком уровне?

– После этапа Кубка мира в Холменколлене я позвонил Королькевичу. Спрашивал, почему Катю там не поставили в эстафету. Ну, где еще ее можно проверить? Он ответил, что у нее проблемы со «стойкой», и напомнил мне про чемпионат мира 2011 года, в котором Катя зашла на три штрафных круга. Но ведь там же был такой ветрище! Это была лотерея. Когда меня уволили, я не высказал ничего ни Богалий-Титовец, ни Юрловой. Не знаю, кто там что-то напел Королькевичу, но результат видите сами. Пытался убедить его и в том, что Катя должна бежать спринт. Промахнись она в Холменколлене на один раз меньше, попала бы в десятку! А с двумя штрафными кругами она пробежала в одно время с отстрелявшей чисто Романовой, которая вообще выступает непонятно по какому праву. Яна – чистый эстафетчик, который ничего не показывает в индивидуальных гонках. Но ей почему-то всегда находится место на старте. Думаю, у нас есть кандидатуры не слабее.

– Второй этап – оптимальный для Юрловой на данный момент?

– Придется непросто. Скорее всего, забойщиком будет Романова и, как ни крути, в лидерах она не придет. Яна будет проигрывать. Возможно, много. То есть Кате заведомо нужно настраиваться на отыгрыш позиций. А всей нашей команде – рассчитывать на безошибочную стрельбу. Как у ребят, которые в этом сезоне на одном из этапов на четверых использовали лишь один запасной патрон. Кстати, это вовсе не рекорд. В сезоне 1995 — 1996 годов мы выиграли абсолютно все эстафеты, и в четырех из них брали лишь один дополнительный патрон. Ребята даже шутили между собой перед гонкой, что того, кто один раз промахнется, отправят на замену. У Володи Драчева спросите, он хорошо помнит.


Екатерина ЮРЛОВА (в центре) и Кайса МЯКЯРЯЙНЕН (справа)
на пьедестале вместе с Габриэлой СОУКАЛОВОЙ.

Екатерина Юрлова: «Договорилась с небесами»

СМС ОТ МЯКЯРЯЙНЕН

– Кайса Мякяряйнен на самом деле прислала вам СМС с поздравлением?

– Да, а потом еще и ММС сразу после награждения (показывает сообщение от Мякяряйнен, на котором селфи Кайсы и Юрловой, стоящих в обнимку с медалями). Я хоть и не в составе сборной Финляндии, но с Кайсой у нас постоянный контакт. После неудачных спринта и пасьюта мы провели очень важную тренировку, она пошла на пользу Мякяряйнен.

– Правда, что именно вы отговорили ее участвовать в лыжном чемпионате мира?

– Я сразу сказал ей, что ехать в Фалун – не самая лучшая идея. Запретить ей, конечно, я ничего не мог. Но она прислушалась. Убежден, что это правильное решение. Распыляться на два крупных старта подряд очень сложно. На первом ты выхолащиваешься, а времени для базовой подготовки на второй просто нет. Хотя в той же эстафете она однозначно помогла бы команде. Не исключаю, что на следующем чемпионате мира, который пройдет в Лахти, это и произойдет.

– Не каждый получает сообщения от Мякяряйнен после финиша. Какова ваша заслуга в ее успехах?

– Оба сбора, которые здесь проводила Юрлова, она работала с нами. Правда, на одном – небольшой период времени. Приезжала Кайса сюда и на снег. В этом году нам удалось плодотворно поработать над стрелковой подготовкой. Перед началом сезона сборная Финляндии проводила сборы в Муонио, там же у команды проводился отбор на этапы Кубка мира. Кайса подошла и сказала, что у нее все очень плохо складывается. В итоге она раньше времени уехала с того сбора, мы около 10-12 дней поработали с ней здесь, потом еще в Вуокатти подкорректировали стрельбу. Все наладилось. По ходу сезона Кайса приезжала сюда в «окна» между этапами Кубка мира.

КАК МАЙГУРОВ С КОРОЛЕМ НОРВЕГИИ О ТЕХНИКЕ РАЗГОВАРИВАЛ

– За счет чего Мякяряйнен и Дарье Домрачевой удается выглядеть выше всех на голову по ходу сезона?

– Талант. Когда я работал с мужской российской командой, у нас тоже были такие: Сергей Чепиков, Владимир Драчев, Сергей Тарасов, Виктор Майгуров. Кто бы что ни говорил, но без задатков больших высот не добиться. Второй важнейший момент – правильная подготовка. Третий – полноценное восстановление после тренировок. Если его нет – идет выхолащивание резервов организма. Так можно подойти в хорошей форме к началу сезона, но с каждым следующим стартом состояние будет ухудшаться. Четвертое – оптимальная техника. Все это в комплексе у Кайсы и Даши на сегодня выше остальных.

– Техника россиянок сильно хромает по сравнению с ними?

– Нет-нет. Если говорить именно о технике хода, то на сегодня она практически у всех одинаковая. Визуальная разница вызвана тем, что у всех спортсменов разные антропометрические данные. Биомеханика же одна, поскольку коньковый ход развивается достаточно давно. Примерно в 1993 — 1996 годах наша мужская команда резко увеличила объем специальной силовой работы. Особенно на руки. У ребят сразу появилось огромное превосходство над остальными. А потом с каждым сезоном преимущество таяло. Критики сразу начали кричать о том, что мы ослабили хватку.

– Что было на самом деле?

– Тренеры ведущих стран проанализировали нашу технику, сделали выводы и тоже сместили акцент в сторону силовой работы. О чем говорить, если даже король Норвегии заметил, что наши ребята мощнее работают руками.

– Король?!

– Витя Майгуров выиграл спринт на этапе Кубка мира в Холменколлене, еще трое наших вошли в десятку. После этого мы выиграли эстафету. Король пригласил нас к себе на чествование. Заметил, что они долго о чем-то разговаривали с Майгуровым. Оказалось, король, наблюдая за гонками по телевизору, пришел к выводу, что россияне очень сильно толкаются руками в спринте и сразу сказал, что именно наша команда выиграет эстафету. Понимаете, что если такие люди замечают столь тонкие моменты, то специалисты «отсветили» ситуацию гораздо раньше.

– Если по биомеханике техника сейчас у всех примерно одинаковая, то за счет чего норвежским лыжникам удается доминировать над всем остальным миром?

– В первую очередь это связано с их селекцией отбора. На лыжах стоит буквально вся страна. На юношеских стартах в Норвегии участвует по 700 человек. А ведь это не такая огромная страна, как Россия. Второй момент: они постоянно учатся. Лет семь назад меня и немецких специалистов приглашали провести семинар по стрелковой подготовке. При этом наши методики, по сути, ничем не отличались. Немцы ведь сами используют советские наработки. Они долгое время готовили книгу «Биатлон». Если посмотреть аннотацию, то там сплошь наши авторы. Норвежцы также несколько лет кропотливо трудились над методическим пособием для подготовки лыжников, биатлонистов и двоеборцев. Брали самое рациональное у России, Германии, Швеции, Италии, Франции. Есть ли у нас что-то подобное? Плюс другой момент.

– Какой?

– У нас практически вымерли деревни. Ведь именно оттуда приходила большая часть сильных лыжников и биатлонистов. Люди с детства привыкали к физическому труду! А сейчас у нас – сплошь город. Простой пример: у моей дочки в школе, в Москве, два года не было учителя физкультуры.

Екатерина Юрлова. Дождавшаяся весны

ВАРИАНТ С ГРУППОЙ ПРИЕМЛЕМ

– Королькевич после этого сезона уходит из команды. В связи с успехами Юрловой вам наверняка будут поступать интересные предложения. Готовы в третий раз войти в ту же реку?

– Если честно, нет. У меня было предложение после 2002 года. Александр Тихонов говорил, что хочет видеть меня в роли тренера. Я не стал продлевать контракт с финнами, хотя они очень этого хотели, приехал в Россию, как вдруг выяснилось, что я больше неинтересен. В итоге, получив от ворот поворот, я неожиданно остался ни с чем. Три года работал в Эстонии, на Олимпийские игры в Турине ездил в составе сборной Украины. Снова вернуться в Россию? Маловероятно. Мне уже 65 лет, я пережил много стрессов.

– Хорошо. А если вам предложат еще несколько девушек к Юрловой, и вы будете работать в небольшой группе?

– Это более реально. Такой вариант приемлем. Плюс к этому, возможно, после этого чемпионата мира будем больше работать с Кайсой. В любом случае, никаких разговоров с руководством у меня не было, поэтому давайте пока не будем гадать.